Пять главных тезисов Савченко на её большой пресс-конференции

Пять главных тезисов Савченко на её большой пресс-конференции

Депутат Верховной Рады, бывшая политзаключенная Надежда Савченко сегодня приняла участие в первой пресс-конференции после освобождения из России 25 мая. Двухчасовое мероприятие прошло в малом зале Национального дворца искусств Украина. Вместе с военнослужащей находились ее сестра Вера, украинский адвокат Александр Плахотнюк и российские адвокаты Марк Фейгин и Николай Полозов. ЛІГА.net предлагает пять главных тезисов, озвученных Савченко в ходе первого большого общения с прессой.

О своем освобождении

Когда меня похищали, я не знаю, как это было, по чьей доброй воле. Они не спрашивали, меня просто посадили в машину, надели мешок на голову, похитили и все. Когда я, наконец вырвалась на волю, меня тоже ни о чем не спрашивали. Так же зашли посреди ночи и сказали: «Собирайся с вещами». Куда — не сказали. Я не знала, я буду лететь или ехать в Сибирь, Магадан следом за Сенцовым и Кольченко, или я буду ехать в Украину. Я сидела 5 часов в «стакане», я понимала, что я где-то на аэродроме, но как этот механизм решался с тюрьмой, где я сидела, — я не знаю, сообщает snaua.info ссылаясь на Лига

Чтобы вырвать каждого нашего, я готова говорить с самим чертом, если это поможет. Поэтому я не отбрасываю никаких механизмов. Если говорят, что нужно только политически — не идти на контакт с сепаратистами, я так не думаю. Я буду идти на контакт со всеми. Но это не значит, что я с ним «поручкалась», поцеловалась, а завтра мы поделили Украину пополам — нет. Я не знаю, какой механизм сработал для меня. Если это сработало со мной, это должно сработать с каждым в России и в Донбассе.

О минских соглашениях и выборах в Донбассе

Хорошо, что есть минские соглашения, потому что без них было бы хуже. Считаю ли я их правильными? Я не скажу, что считаю их достаточно эффективными. У них была одна задача — погасить пламя [войны], которое на то время очень больно для всех. Стрелять стали меньше — благодаря минским.

Выборы на оккупированных территориях? Если бы мы были одни, украинцы, мы бы сами разобрались. Слишком много советчиков у нас, и нам не дадут своим умом думать. Сейчас выборы не могут быть, потому что у нас не закрыта граница Украины. Пока мы не станем думать и решать сами, выборы невозможны. Если будут открыты границы и будет много советчиков, то мы довыбираемся.

О Путине

Мне почему-то часто задают вопросы о Путине. Поскольку сегодня еще могу говорить свободно то, что я думаю, без корректных поправок как политик, я скажу так. Во-первых, я не знаю этого человека, лично не знакомы… Я могу вам сказать только, что из него делают для российского потребителя СМИ. Я воспринимаю его так: это очень некрасивый человек — ни физически, ни внутри. Если не говорить классическое «Путин — х***о», то каждому человеку даются какие-то прозвища, как-то люди сами выбирают. У меня в армии некоторое время был позывной Пуля. Будут другие. К человеку оно пристает, потому что похоже. Есть такое слово «гнида». Я Путина пока что вижу как гниду.

Что сказать Путину? Отцепись от Украины, отцепись от каждой страны, в которую ты вцепился. Оставьте себе свое царство. Перестань мордовать своих людей. Не издевайся над россиянами. Две жизни не проживешь. Сдохнешь все равно. И мы все умрем. Поэтому живи достойно, как человек. Перестань мешать жить другим.

О президентстве

На Банковую завтра я еще не собираюсь, мне там еще нечего делать, я там еще не могу ничего сделать. Когда буду готова и смогу, поверю в этом, почувствую сама, и если люди скажут, что я там нужна, я туда пойду. И точно так же, если первый Майдан выйдет и скажет, что я там не нужна — не пророссийский какой-то майдан, а наш, украинский Майдан, то я не буду обеими руками держаться за кресло, я выйду и скажу: «Хорошо». И никаких вопросов не будет.

О работе в Верховной Раде

Я обязательно пойду [в парламент во вторник], это мой рабочий день, мне уже два года прогулы ставят. Пойду, буду работать. Во-первых, сниму с трибуны себя и повешу плакат, где напишу: «Волю всем, кто сидит в России».

Я пока знаю только две структуры изнутри: армию и тюрьму. Это то, что прошла, знаю, что там нужно изменить. Так как сейчас состояние войны, то первое, чем займусь, — это комитеты или специальные комиссии по армии, по контролю логистики. Почему обычно проигрывают войну? Потому что патроны закончились. Остальное — не важно. Я знаю, как там на передовой. Очень важно, чтобы парни понимали, что у них тыл крепкий. Поэтому буду работать над армией, чтобы тыл не разворовали. Я знаю всю коррупцию в армии, все десять лет. Я знаю, что нужно бороться, а как бороться — научимся быстро.

загрузка...
Загрузка...
загрузка...